Шринкфляция — когда производитель уменьшает количество, объем или вес товара в упаковке, не меняя его стоимость. Это примитивный, но действенный способ замаскировать подорожание. Разбирались, какие товары «худеют» быстрее и как влияет это на психику россиян.

Мы уже и забыли, как выглядит килограмм сахара и литр молока, сейчас все чаще производители фасуют товар по 900, 850 и даже 800 г. Но со стороны пакет сахара на 900 г почти неотличим от полноценного килограмма. А покупатель далеко не всегда вглядывается в ценник. Этот способ сдержать цены называют шринкфляция. Каких продуктов она коснулась больше и как влияет на нашу психику, разбирались с экспертами.

Анатолий Баранов

Член Центрального совета независимого профсоюза «Новый труд»

«Больше всего „похудел“, кажется, хлеб: на батоне или булке ценники обычно не клеят, а вес зачастую указан лишь на общей табличке в витрине, если указан вообще, — прокомментировал „Доктору Питеру“ текущую шринкфляцию член Центрального совета независимого профсоюза „Новый труд“ Анатолий Баранов. — Вся хитрость в том, что многие товары люди покупают годами, а то и всю жизнь, например тот же хлеб. Вот привык я к „Бородинскому“, его и беру. А рассматривать ценники мне недосуг…»

Чтобы оценить реальную стоимость товара, не нужно особых навыков — достаточно простой арифметики, отмечает эксперт.

«Смотрите на вес на этикетке, делите килограмм на это число, потом умножаете на цену с ценника — и получаете цену за килограмм (например, пачка масла весом 180 г стоит 250 рублей. Значит 1000 г делим на 180 г, получаем примерно 5,6. Умножаем на 250. Итого 1 кг масла — 1400 рублей). Проделайте то же самое с другими упаковками — и найдете самую выгодную. Ее и берите! А лучше вообще покупайте товары на развес, тогда никакая шринкфляция вам не страшна».

Какие товары «похудели» больше других

«Больше всего за последний год „похудели“ товары с высокой долей сырья в себестоимости и высокой конкуренцией на полке, где производители боятся напрямую поднимать цену, — объяснил Александр Ежов, директор международной выставки продуктов питания WorldFood Moscow.

• Сладости и снеки. Шоколадные батончики, печенье, чипсы уменьшились на 5-15 г при сохранении упаковки.

• Молочная продукция. Привычные 200/500 г творога, сметаны и йогуртов постепенно заменяются на 180/450 г.

• Кофе. Банки молотого и растворимого кофе все чаще весят 90-95 г вместо классических 100 г.

• Колбасы и сыры. Нарезка становится тоньше, а вес стандартной упаковки уменьшается — например, с 300 до 270 г. Эти изменения можно встретить там, где покупатель больше ориентируется на упаковку, а не на точный вес.

Что дальше?

«Тренд продолжится, и „худеть“ будут товары, на которые особенно давит рост издержек производителя на энергоносители, логистику, сырье: сахар, какао-бобы, зерно, а также психологический ценовой барьер покупателя, — поясняет эксперт. — К этой группе относят товары, цена которых прошла через рубеж, например, с 199 до 209 рублей или с 299 до 302 рублей. После повышения цены продажи таких товаров резко снижаются. В таких условиях шринкфляция неизбежна, так как производителю дешевле и безопаснее изменить фасовку на другом конвейере, чем менять всю маркетинговую стратегию и ценники на полках из-за роста цены».

В зоне риска:

• кондитерские изделия и выпечка из-за волатильности цен на сахар и масло;

• готовые соусы — майонез, кетчуп из-за подорожания томатной пасты и масла;

• корм для домашних животных, так как дорогое специализированное сырье;

• замороженные полуфабрикаты — пельмени, вареники, так как мясо и овощи дорожают, а конкуренция остается высокой.

• чай в пакетиках — количество пакетиков в пачке может уменьшиться с 25 до 20 штук.

Чтобы не попасть впросак, анализируйте цену за килограмм, литр или штуку, а не только полагайтесь на общую стоимость.

Александр Ежов

Стрессовая шринкфляция

Ловушка маркетинга — шринкфляция — может вызывать у человека тревожные состояния и чувство пустоты, провоцировать стресс и импульсивные покупки, считает психолог Юлия Королева.

Юлия Королева

Клинический психолог, КПТ-психолог

«Шринкфляция хоть и означает физическое сжатие продуктов, однако это и про сжатие на уровне потребностей („Мне много не нужно“) и про сжатие эмоций и желаний („Довольствуемся малым“), — говорит психолог. — И вроде бы все должно быть хорошо, ведь идея минимализма давно вошла в наши жизни, поддерживается миром и общественным мнением — не зря Pantone назначил цветом 2026 года белый. Так почему же люди испытывают вместо радости стресс? Потому что все это лишь иллюзия внутреннего спокойствия, а внутри идет ожесточенная борьба, которая все чаще стучит мыслью: „Что-то тут не то, где-то меня обманули“».

Но ведь так и есть: мы покупаем привычный набор продуктов, причем выкладываем за него немаленькую сумму, но через три дня обнаруживаем, что холодильник снова пустой. Стресс растет, так как денег больше не стало, а в магазин идти снова придется.

Импульсивные покупки

«При более частом посещении магазина возрастает и количество импульсивных покупок. Минимализм заставляет покупать больше и чаще, — объясняет психолог Юлия Королева. — Да и в целом, когда вокруг все так „просто“, „ничего лишнего“, внутри растет чувство пустоты, чего-то не хватает. Конечно, это тоже иллюзия нехватки, работа нашего мозга, мышления, навязывания определенных правил. Однако люди не знают, как справиться с пустотой внутри, и пытаются заполнить ее новыми предметами, вещами, продуктами просто для радости, которые, может быть, вовсе и не нужны».

Люди ждут от минимализма совершенства. Меньше стал вес продуктов — «Отлично, меньше будем есть». Минималистичнее интерьер — «Меньше будет хаоса, меньше убираться». Однако, подавляя чувства, хаос как раз творится внутри, человек перестает доверять себе, тревога усиливается, а стресс толкает снова и снова к импульсивным покупкам, чтобы почувствовать хоть какую-то эмоциональную разрядку.

«Шринкфляция — прекрасная возможность, чтобы не пугать людей еще сильнее ростом цен на продукты. Ей мы сами же и скажем спасибо за поддержание иллюзии, что все хорошо, ну а побочный эффект — стресс и импульсивные покупки — мы уж как-нибудь переживем, — отмечает психолог. — Можно продолжать играть по правилам игры, в которой победителей нет, а можно разбить иллюзорный хрусталь и снова услышать свой внутренний голос, обрести способность чувствовать, мечтать и быть живыми. Выбор всегда за нами».